Древняя Польша История

История польши

ДРЕВНЯЯ ПОЛЬША

Среди раннефеодальных государственных образований восточноевропейского региона Польское княжество заявило о себе сравнительно поздно. Оно и первый из его достоверно известных правителей, Мешко, появляются на страницах источников с 60-х годов X в. В древней Польше  археологические находки вместе со скупыми свидетельствами древних авторов и теми легендами, что будут записаны хронистами XII — XIII вв., позволяют заглянуть в глубь столетий, предшествующих правлению князя Мешко. По мнению многих ученых, именно в бассейне Вислы и Одера(Одры) или по крайней мере на территории, куда входила часть этих земель, шло формирование праславянской ветви индоевропейских народов. По всей вероятности, к этому сложному и длительному процессу в большой степени были причастны племена — носители так называемой лужицкой культуры (примерно 1400—300 гг. до н. э.). Материальные остатки этой земледельческой культуры эпохи бронзы и раннего железа найдены при раскопках Бискупина (невдалеке от г. Гнезно) и в ряде других мест нынешней Республики Польша.

Несмотря на кельтские, германские и иные миграционные потоки, не раз захлестывавшие регион, славяне утвердились на землях будущей Польши давно и прочно . Показательно, что, когда в середине VI в. готский историк Иордан в своем труде«О происхождении и деяниях гетов» пожелал обозначить местопребывание славян (называемых им венетами), он смог сделать это лишь весьма приблизительно:

953px-Лехитские-племена-в-XI-веке«От места рождения реки Виетулы на безмерных пространствах расположилось многолюдное племя венетов».

Польская группа племен оставалась вне той контактной зоны, где живо протекал синтез римско-византийских (рабовладельческих) и славянских (варварских) начал. Воздействие гибнущего античного мира было минимальным, и распад старых родовых норм шел исподволь,но неуклонно, будучи подготовлен сдвигами в состоянии производительных сил:постепенно внедрялись железные орудия труда, примерно к VIII — IX вв. стало преобладать пашенное земледелие.

Открытия археологов позволяют заключить,что во второй половине I тысячелетия нашей эры имущественное и социальное неравенство уже пускало глубокие корни. Запечатленные в письменных памятниках X и последующих столетий порядки, очевидно, были бы немыслимы без многовековой предыстории. Судить о социальных процессах той поры помогает также аналогия с ходом классообразования в соседних регионах, лучше обеспеченных источниками. В бассейне Вислы и Одера происходили перемены, типичные для земледельческого общества при выходе его из первобытнообщинного   строя. По   мере   разрастания   родов   и   в   ходе   миграций   отмирали   старые кровнородственные связи. Родовую общину сменяло ополье — территориальная община. Соответственно и  племенная  организация  приобретала  территориальные  черты. Основной  хозяйственной  ячейкой становится объединявшая три-четыре поколения родственников большая семья, которая затем уступит место  семье  малой. В  обстановке  расслоения  родоплеменных  коллективов  обособлялась  правящая верхушка.  Старейшины   постепенно   узурпировали   права   племени,урезая   прерогативы   народного собрания  (веча).  Свою   лепту   в   процесс   классообразования   вносили   военные   походы, доставляя удачливым князьям и их дружинникам богатую  добычу.Особый статус князя и дружины  укрепляли дары соплеменников и дань, уплачиваемая покоренными племенами.

Какую роль в  общественном развитии   региона   сыграло   рабство,- самая   древняя   из   форм эксплуатации человека человеком? Военнопленных обращали в рабов, ими торговали, Рабовладельческий  уклад  постепенно  утрачивал  некоторые  черты  патриархальности: исчез  запрет обращать  в  рабство  соплеменника, рабов  перестали  отпускать  на  волю  по  истечении  определенного срока, как издавна практиковалось у славян. Но за пределы социально- экономического уклада рабство не вышло. По-видимому, сам характер мелкого  натурального сельскохозяйственного производства в природно-географических  условиях  польских  и  соседних  земель  не  давал  простора  для  широкого применения  рабского  труда  и  тот естественно  эволюционировал в  сторону крепостничества или близких к нему форм.

Столбовая дорога социального прогресса в регионе вела,минуя рабовладельческую формацию, к утрате свободным общинником права собственности на главное средство производства— землю, к экономической и личной зависимости крестьян от крупного землевладельца-феодала.Эта сложная, затянувшаяся на века трансформация во второй половине I тысячелетия делала лишь свои первые шаги .

Но именно ею был обусловлен облик общества,для которого первой классово антагонистической формацией становится феодализм.

1024px-Polska-992-1025-ruПольскими археологами открыты большие скопления городищ VII — IX вв. Догадку о том, что это след значительных территориально-политических образований, зачатков государственности, подкрепляют письменные источники. В так называемом «Баварском Географе» — составленном к IXв. описании   областей   к северу   от   Дуная   с   обозначением   числа   расположенных   там городищ — фигурируют племена или племенные объединения, которые (в одних случаях с уверенностью, в других предположительно)  могут быть  локализованы  па  пространствах  будущей Польши.Среди  них — лендзяне (полагают, что от них пошел принятый на Руси для обозначения всех поляков этноним «ляхи»), елензяне, висляне и др. «Житие Мефодия», сочиненное кем-то из учеников славянского просветителя вскоре после его смерти (885 г.), говорит об «очень сильном языческом князе, сидящем на Висло». В 70-х годах IX в. его расположенное в верховьях реки княжество было покорено Великоморавской державой. В X в. Краков и другие «гроды» вислян вошли в Чешское государство, которое подчинило себе также силезскую группу племен.Роль же собирателя польских земель досталась полянам, которые сидели по среднему течению Варты, самого большого из правых притоков Одры.

Древнейшая польская хроника Галла Анонима, созданная в начале XII в,, сохранила предание о том, как за свои злодеяния был изгнан князь Попель с потомством и князем полян стал Земовит,сын хлебопашца Пяста, положив начало новой династии. Ко времени князя Мешко(около 960— 992 гг.) исходные племенные рубежи были оставлены далеко позади.Теперь речь может идти об обширном, достаточно устоявшемся Польском государстве. За областью полян, от которых пойдет само название будущей народности — поляки, и их ближайших соседей потом утвердилось, дожив до наших дней, наименование «Великая Польша» — в противовес Малой Польше, расположенной на юге, в земле давних вислян и близких к ним племен. Фигурирующие с XTII — XIV вв. в латинских текстах Polonia Major и Polonia Minor не подразумевали сравнения территорий . Обе эти области примерно равновелики . Точнее было бы их названия вопреки традиции перевести как «Старшая Польша» и «Младшая Польша», То есть они хранят память о старшинстве , о том, что к началу 960-х годов в Польское государство , кроме Великой Польши, входили расположенные по среднему точению Вислы Куявия и Мазовия,а также, по-видимому,   низовья Вислы – Восточное Поморье. Вскоре было начато завоевание западнопоморских и силезских территориально-племенных  объединений. По сообщению арабо-испанского путешественника Ибрагима ибн-Иакуба,который около 965 г.  побывал    в  Центральной Европе, это самая обширная из славянских стран,она изобилует плодами земными; в княжеской дружине насчитывается три тысячи воинов, которым Мешко «дает одежду, коней, оружие и все, что им требуется».

Ища поддержки своим планам присоединении Западного Поморья— богатой области с такими торговыми центрами, как Щецин, Волин и Колобжег, — Мешко сблизился с чешским князем Болеславом I и в 965 г, скрепил союз женитьбой на его дочери Добраве. Год спустя через Чехию была принята христианская вера. Крещение Полыни (966 г.) свидетельствует о том, что страна входила в общеевропейскую политическую систему, избрав при этом ориентацию на Рим. Отказ правящих кругов от языческого многобожия ознаменовал изменение идеологической надстройки.

Христианство не без труда прокладывало себе , путь, долго, на протяжении многих столетий, сталкиваясь с остатками язычества.То, что оно утвердилось в форме католицизма,имело важные последствия для судеб национальной культуры . Католический клир не признавал богослужения на родном языке, и в литургии наблюдается латынь, далекая от польской речи,понятная лишь узкому слою образованных людей. Та же латынь на века станет языком литературы и администрации — сфер, в которых очень велик вес духовенства. Так возникает языковой барьер между элитарной и народной культурой. Однако нельзя упускать из виду и другую сторону дела.Латынь прочно связала поляков с античным наследием и открыла польским просвещенным кругам доступ к литературным и научным ценностям средневекового Запада, Латино-язычные творения польской письменности, в свою очередь, свободно вошли в культурный обиход западноевропейского мира.

После смерти князя, хотя Мешко поделил владения между сыновьями, старший из них — Болеслав, поддержанный знатью, в чьих руках находилось управление землями державы Пястов, и дружинниками, изгнал своих братьев и мачеху.К исходу X в. он завершил собирание этнически польских племенных княжений. При Болеславе I Храбром (992—1025 гг.) утвердила свои позиции польская церковь . В 1000 г. с согласия германского императора ОттонаIII были созданы Гнезненское архиепископство и сеть подчиненных ему епископств. То был не просто внешнеполитический успех,который сводил на нет попытки немецкого епископата поставить польское духовенство в зависимость от себя. Новая церковная структура, которая мало считалась с прежними, доставшимися от племенной поры областными рубежами , способствовала консолидации страны. Единая общепольская церковь выступала союзницей центральной власти и тесно взаимодействовала с княжеским административным аппаратом—с каштеланами (начальниками крепостей), ведавшими военными, фискальными, судебными делами в своей округе, и с другими княжескими сановниками.

На  грани X—XI вв. ощутимо  растет  военная  мощь  Польского  государства. Ополчение  свободных общинников   не   потеряло   своего   веса,но   ядро   войска   составляет   численно   возросшее   рыцарство, получавшее от князя щедрое содержание, и возможно (прямых сведений об этом нет),земельные пожаловании. По словам Галла Анонима, только в столице, в Гнезно, под рукой у Болеслава было полторы тысячи рыцарей. В округе трех других крепостей летописец насчитал2400 рыцарей, оговорив, что в прочих городах были свои гарнизоны.Галл Аноним, в глазах которого Болеслав Храбрый воплощал государственную мудрость и , силуне удержался здесь от преувеличений.Однако вовсе безосновательными его слова не были — иначе Польше не выдержать бы следовавших одна за другой войн со Священной Римской империей,Киевской Русью, другими соседями. Среди ее территориальных приобретений были на западе Лужице, на востоке — Червенские города. Впрочем, пришлось пережить и немало неудач.

Не испросив, как было в обычае, согласия главы Священной Римской империи,Болеслав Храбрый весной 1025 г. объявил себя королем. Однако церемониал коронации в Гнезно не столько демонстрировал реальную мощь монархии, сколько был призван своим блеском и блеском нового титула ослепить оппозицию, нараставшую в стране. Тем самым политические силы, которые в 992 г. привели Болеслава к власти, начинают отворачиваться от него. Окрепли местная административная система и церковное,а возможно, и светское крупное землевладение; региональной знати уже не так, как раньше, было нужно поддержание государственного единства.Налицо первые симптомы феодального раздробления, усиленные волной недовольства оттого,что людские и материальные ресурсы страны растрачены в бесконечных походах.

На долю преемников Болеслава досталась полоса политических переворотов и смут,которые охотно использовали в своих интересах соседние государства.Червенские города и другие приобретения были утрачены. В обстановке охвативших правящий класс раздоров вспыхнуло мощное народное восстание 1037— 1038 гг., главные очаги которого были в Великой Польше и Силезии.Его отголоски дошли до Киева. «И бысть мятежь в земле Лядьске, вставше людье избиша епископы, и попы, и бояры своя, и бысть в них мятежь», — сказано в «Повести временных лет». Из хроники Галла Анонима тоже видно,что движение было направлено против светских и церковных властей. Свободные люди, стоявшие на пороге утраты своей земли и хозяйственной самостоятельности, закрепощенные крестьяне, рабы обрушились на католическое духовенство, противопоставив христианской религии язычество как оплот старых общинных порядков.Восстание было подавлено, но для этого потребовалась помощь германского императора Конрада II и киевского князя Ярослава Мудрого.

Страх перед рецидивом восстания, необходимость отражать нападения, которым со всех сторон подвергалось растерявшее прежние завоевания и часть собственных земель Польское государство, заставили можновладцев (знать) умерить свои распри. Но ненадолго.

В конце 1070-х годов дошло до открытого конфликта между правнуком Болеслава Храброго, королем Болеславом II (1058—1079 гг.), и главой аристократической оппозиции , краковским епископом Станиславом. Казнь обвиненного в государственной измене Станислава привела к мятежу.После бегства Болеслава в Венгрию престол перешел к его младшему брату Владиславу Герману (1079 —1102 гг.), довольствовавшемуся княжеским титулом и чувствовавшему себя игрушкой в руках феодальных клик. В течение двух десятилетий делами при нем заправлял малопольский аристократ воевода (главнокомандующий войском) Сецех, который даже чеканил собственную монету.В конце концов князю пришлось пойти на уступки соперникам воеводы,изгнав Сецеха, и выделить большие уделы своим сыновьям Збигневу и Болеславу, прозванному Кривоустым.

Центробежные тенденции восторжествовали, чтобы затем, как это случилось и на Руси при Владимире Мономахе, отступить на короткий, срок перед тенденцией к объединению. Князь Болеслав III Кривоустый (1102 — 1138 гг.), современник Мономаха, при поддержке венгерских и русских отрядов за несколько лет подчинил себе отпавшие польские области,кроме Поморья, и выгнал своего брата Збигнева. В 1109 г. было отбито вторжение императорского войска. К середине 20-х годов Болеслав — политик умелый, хотя и не слишком разборчивый в средствах— присоединил наконец все Поморье (Западное — лишь на условиях ленной зависимости).Там понадобилось сызнова насаждать христианство.

На исходе правления Болеслава, в 30-е годы, оппозиция, использовав неудачное вмешательство Польши в венгерские дела,поднимает голову. Своим завещанием (1138 г.) Болеслав Кривоустый узаконил порядок сеньората. Государство было разделено между наследниками,но старший в роду Пястов становился великим князем,носителем верховной власти. Кроме своего личного удела,он владел уделом великокняжеским, который тянулся полосой через всю страну, от Карпат до Поморья, включая в себя обе столицы:древнюю — Гнезно, которая осталась резиденцией примаса польской церкви, архиепископа гнезненского, и новую — Краков, куда с середины XI в. переместился княжеский двор. Такой порядок являл собой попытку хоть как-то поддержать государственное единство— попытку, как показало будущее, безуспешную.

Раннефеодальная монархия исчерпала себя. Процесс раздробления с1140-х годов пошел почти безостановочно. Надолго воцарилась удельная система.

По книге: «Краткая история Польши. С древнейших времен до наших дней». В.А. Дьяков. Наука, 1993. -528 с. ISBN 5-02-010035-8

 

Древняя Польша
3 votes, 3.67 avg. rating (77% score)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *